Study-English.info - cайт для изучающих английский язык, студентов, преподавателей вузов и переводчиков

Главная страница сайта Study-English.info Английская грамматика Английская лексика по темам Песни на английском языке с текстами Материалы для переводчиков Устные темы и тексты для перевода Интернет-ресурсы для изучающих английский язык

Диминутивы в поэме Н. В. Гоголя «Мёртвые души»





Рутковская Г. Л., Крапивная А. Е.

Дальневосточный федеральный университет (г. Владивосток)


Одним из важнейших средств экспрессивизации русской речи является уменьшительность (от лат. diminutive – в уменьшительной форме). Как отмечает А. Вежбицкая: «Русский язык исключительно богат уменьшительными формами, кажется, что они встречаются в речи на каждом шагу» [Вежбицкая 1996: 50].

Термин «уменьшительность» традиционно определяется следующим образом: «Обобщенное значение малого объема, размера и т. п., обычно выражаемое посредством уменьшительных аффиксов и сопровождающееся различными эмоциональными окрасками – ласкательности, уничижительности и т. п.» [Ахманова 2004: 485].

Семантическая категория диминутивности наиболее ярко и отчетливо представлена в синтетических языках, к каковым относится русский язык. В нем данная категория богато представлена, прежде всего, на морфологическом уровне. Пренебрежение эмотивными, оценочными и экспрессивными оттенками значения, находящими свое выражение в диминутиве, будет противоречить концепции адекватного перевода и лишит речевой акт присущей ему эмоциональности и выразительности [Мусорин 2004: 51].

При обращении к русскому языку, обнаруживается широкий арсенал выражения категории диминутивности на морфологическом уровне при помощи различных уменьшительно-ласкательных суффиксов [Виноградов 1986: 430].

Выражение диминутивных значений с помощью аффиксации также характерно для прилагательных, для числительных, в составе неопределенно-количественных слов, совмещающих функции числительных и наречий, для местоимений. Кроме знаменательных частей речи, стилистическую активность в процессе аффиксации проявляют междометия и частицы [Голуб 1997: 213].

В отличие от русского, английский язык не располагает таким морфологическим инвентарем. Что касается диминутивных суффиксов, то в современном английском языке их употребление значительно реже, чем в русском языке, а потому примеры их использования – явление редкое.

И.П. Иванова выделяет такие диминутивные суффиксы английского языка, как -ette, -et, -let, -ie, -y, -ey, -ling, -ster [Иванова 1975: 115].

Категория диминутивности может быть выражена не только внутри слова при помощи аффикса, но и вне его (на уровне свободных или устойчивых словосочетаний) посредством сем «малость», «незначительность» и т. п. [Вежбицкая 2001: 176].

В английском языке категория диминутивности на лексико-семантическом уровне представлена атрибутивными наименованиями, так или иначе выражающими недостаточность или неполноценность: little, small, diminutive, petty, fingerling, tiny, toy и др.

Существование категории диминутивности как в русском, так и в английском языке позволяет провести анализ на примере произведения Н. В. Гоголя «Мёртвые души» с целью выявить классификацию частеречной принадлежности русских диминутивов, средств выражения данной категории в исследуемых языках, а также способы перевода русских диминутивных образований на английский язык.

В процессе анализа диминутивных форм в тексте поэмы «Мёртвые души» были выявлены следующие единицы с уменьшительно-ласкательными суффиксами: существительные, прилагательные, наречия, числительные.

Диминутивы-существительные, выявленные в ходе исследования, составляют самую большую группу. Их можно классифицировать по приведенной ниже схеме.

Диминутивные имена собственные представлены:

а) антропонимами, включающими личные имена: ПетрушкаPetrushka, ПрошкаProshka; фамилии: КоробочкаKorobotchka, ПлюшкинPlushkin, БегушкинBegushkin.

б) топонимами, которые представлены названием деревень, сел, городов: ТоржокTorzhok, ТрухмачевкаTrukhmachovka.

Особый интерес представляют «говорящие» имена собственные. Рассмотрим примеры из текста:

Вот это тебе и есть Маниловка, а Заманиловки совсем нет никакой здесь и не было.

That’s what they call it, you see, I mean, its name is Manilovka, but there’s no Zamanilovka round here [Пер. К. Гарнет].

В данном примере «говорящее» название деревни передано с помощью транслитерации. Таким образом, пропадает яркость, точность и смысл названий, так как англоязычным читателям может быть не всегда понятна разница слов «манить» и «заманить», а тем более их производных Маниловка и Заманиловка.

Примером перевода антропонима может служить следующий:

…заехать к Сопикову

…visiting Mr. Snooze… [Пер. К. Гарнет].

К. Гарнет попыталась перевести диминутивное имя собственное с помощью «говорящего» английского соответствия Мr. Snooze. Лексема, являющаяся фамилией в английском варианте, означает «дремота, сонное состояние», что в некоторой степени отражает и фамилия в тексте оригинала.

Что касается уменьшительных имен нарицательных, то среди них можно выделить:

Конкретные имена существительные, образующие следующие тематические группы: существительные, называющие лицо: матушка – my good mother, внучек – little grandson, старуха – old harridan; существительные, называющие предмет: графинчик – little decanter, козявка – ladybird, тросточки – little canes.

Абстрактные имена существительные: делишки – little business, перебранки – altercations, словцо expletive.

Все отобранные для анализа диминутивы-существительные можно разделить на следующие тематические группы:

1) мебель, предметы домашнего обихода: ширмочка – little screen, бутылочка – bottle, лучинка – match;

2) место обитания и отправления профессиональной деятельности: лавчонка – little shop, комнатка – little room;

3) денежные единицы: целковик – a hundred silver roubles, гривенок – grivni, осьмушка – another morsel;

4) детали внешности: головка – small head, мордашка – mug;

5) степень родства: сынок – sonny, матушка – good woman (old mother), братец – brother;

6) одежда, украшения: тулупчик – sheepskin, фестончики – little festoons, эполетцы – epaulettes, платьице – plain dress;

7) животный мир: собачонка – lap-dog (pet dog), козявка – ladybird, волчонок – young wolf; 8) еда, напитки: севрюжка – star, клубничка – strawberry, ватрушка – cheese-cake;

9) погодные явления: тучка – cloud, дождик – rain;

10) единицы измерения времени: минутка – minute, секундочка – second; 11) названия игр: вистишка – a little game of whist, банчик – faro;

12) профессии и должности: пономаренок – sacristan, воришка – rogue, секретарша – secretary. Особую группу диминутивов-существительных составляют окказиональные образования с уменьшительно-ласкательными суффиксами. Данное явление характерно для авторского стиля Н.В. Гоголя и представляет особо сложную задачу для переводчиков. Этот пласт лексики не имеет английских соответствий и тем самым побуждает искать дополнительные адекватные способы перевода. Как, например, приведенный ниже метафорический перевод фразы, содержащей диминутив:

– Можете представить: отвечать таким образом вельможе, которому стоит только слово – так вот уж и полетел вверх тарашки, так что и черт тебя не отыщет.

“You can imagine: talk back like that to a dignitary, a man who has only to say the word and you’ll be sent flying, you’ll be sent to hell and gone” [Пер. К. Инглиш].

В процессе исследования были выявлены диминутивы-прилагательные. Приведем примеры:

Вслед за нею и сам Чичиков занес ногу на ступеньку и, понагнувши бричку на правую сторону, потому что был тяжеленек, наконец поместился...

Tchitchikov put his foot on the step after her and tilting the chaise down on the right side, for he was no light weight, settled himself in at last [Пер. К. Гарнет].

В данном контексте диминутив-прилагательное тяжеленек образован с помощью уменьшительно-ласкательного суффикса -енек, который характеризуется оттенком субъективного усиления качества и употребляется в устной речи. Пример показывает передачу диминутивности краткого прилагательного с помощью антонимического перевода. Англоязычному читателю становится понятен лишь смысл высказывания, но утрачивается иронический подтекст, который вкладывает автор оригинала по отношению к своему герою.

Наибольшее число уменьшительных наречий характеризуют способ и образ действия. Например:

Манилов никак не хотел выпустить руки нашего героя…Наконец, выдернувши ее потихоньку, он сказал, что не худо бы купчую совершить поскорее и хорошо бы он сам понаведался в город.

Manilov could not let go our hero’s hand until, quietly withdrawing it, he observed that to have the purchase completed as speedily as possible would not be a bad thing; wherefore he himself would at once return to the town to arrange matters [Пер. К. Инглиш].

Manilov would not let go our hero’s hand. At last, stealthily withdrawing it, he said that it would not be amiss to draw up the deed of sale as soon as possible, and that it would be as well for him to pay a visit to the town himself [Пер. К. Гарнет].

В русском тексте наречие образовано с помощью уменьшительно-ласкательного суффикса -оньк. Из контекста можно уловить осторожность, ненавязчивость описываемого действия. Этот момент был удачно воспроизведен К. Гарнет с помощью наречия stealthily. Основное значение этой лексемы – «втихомолку, тайно, украдкой». Так как английским наречиям не свойственна категория субъективной оценки, то компонент диминутивности был утрачен при переводе. Но отметим, что логика высказывания была передана достаточно точно. Перевод же К. Инглиша характеризуется большей нейтрализацией экспрессивности, выражая сему уменьшительности нейтральным наречием quietly.

Примером наречий времени может служить следующий отрывок:

– Знаем мы вас, как вы плохо играете! – сказал Ноздрев, выступая шашкой. – Давненько не брал я в руки шашек! – говорил Чичиков, подвигая тоже шашку.

“I know you and your poor play”, said Nozdrev, moving a chessman. “In fact, it is a long time since last I had a chessman in my hand”, replied Chichikov, also moving a piece [Пер. К. Инглиш].

В данном примере русский диминутив-наречие «давненько» оформлен уменьшительно-ласкательным суффиксом -еньк, который передает смягчение или уменьшение качества. В переводе видна явная нейтрализация диминутивности наречия. Переводчик использует устойчивое выражение it is a long time since, которое обычно употребляется при выражении удивления, радости (приятной), неожиданности встречи. Исходя из контекста, читатель понимает, что Чичиков приятно удивлен сложившимся обстоятельством. Следовательно, можно отметить верность переданного смысла в тексте перевода.

В исследуемой выборке был зафиксирован ряд числительных, выражающих категорию субъективной оценки. Например:

Ведь если, положим, этой девушке да придать тысячонок двести приданого, из нее бы мог выйти очень, очень лакомый кусочек.

Should he allow her, on marriage, a dowry of, say, two hundred thousand roubles, she will be a very nice catch indeed [Пер. К. Гарнет].

For if, let us suppose? This young girl has a tidy little sum of two hundred thousand or so settled on her as a dowry, she would make a very, very tasty morsel indeed [Пер. К. Инглиш].

Русское диминутив-числительное «тысячонок», характеризующееся негативной иронической коннотацией, оформлено уменьшительным суффиксом -онок. К. Гарнет демонстрирует нейтрализацию диминутивности. В своем переводе она лишь объясняет англоязычному читателю, что речь идет о деньгах, используя нейтральный эквивалент two hundred thousand. Перевод К. Инглиша интересен своей попыткой компенсировать диминутивность, используя лексические компоненты little и tidy. Таким образом, фраза a tidy little sum of two hundred thousand сохраняет эмоциональность русского диминутива и заложенное в нем ироничное коннотативное значение.

Анализ показал, что лексический способ выражения диминутивности является наиболее частотным при переводе, так как наиболее востребован в английском языке.

Проводя анализ диминутивных форм в русском тексте и их перевода на английский язык, следует выделить две большие группы:

– диминутивы, при переводе которых диминутивность нейтрализуется;

– диминутивы, при переводе которых диминутивность сохраняется или компенсируется.

Первая группа представлена большей частью уменьшительных, ласкательных и уничижительных образований, при переводе которых эмоционально-экспрессивное значение слова не воспроизводится. Причинами нейтрализации диминутивности в текстах перевода можно назвать также уникальность словарного запаса гоголевского стиля, а именно наличие слов-самородков, так называемых окказионализмов. Кроме того, существует проблема воспроизведения историко-культурного фона, переданного через диминутивные единицы, отображающие национальные традиции и реалии. В качестве примера можно привести эпизод застолья у хлебосольной Коробочки:

Чичиков оглянулся и увидел, что на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припеками: припекой с лучком, припекой с маком, припекой с творогом, припекой со сняточками, и невесть чего не было.

Chichikov looked up, and saw that the table was spread with mushrooms, pies, and other viands [Пер. К. Инглиш].

Tchitchikov looked round and saw that the table was already spread with mushrooms, pies, fritters, cheesecakes, doughnuts, pancakes, open tarts with all sorts of different fillings, some with onions, some with poppy seeds, some with curds, and some with fish, and there is no knowing what else [Пер. К. Гарнет].

В русской культуре сформировалось особое, трепетное отношение к еде. Кроме того, огромное значение придается обилию на столе. употребление уменьшительно-ласкательных суффиксов – явление достаточно частое в описании яств. у Гоголя еда не только атрибут национальной жизни, она служит и для характеристики персонажей, в которой важно и то, как едят, и то, что едят.

Названия некоторых блюд, упомянутых в контексте, требуют комментариев даже для русскоязычного читателя, поэтому очевидно, что потери при переводе уменьшительно-ласкательных образований неизбежны.

В своем переводе К. Инглиш опускает часть контекста и использует трансформацию генерализации с помощью слова viand, имеющего устаревшее значение «кушанье, яство». Такой выбор переводчика обусловлен его инициативой передать лишь общее впечатление сцены угощения, поскольку у англоговорящих народов сформировалось отличное от русских отношение к еде, не вызывающее столь нежных и трепетных эмоций.

Что касается перевода К. Гарнет, то в нем осуществлена попытка компенсировать диминутивы - реалии названий блюд с помощью английских аналогов. Согласно комментариям самого Н. В. Гоголя, под «скородумкой» понималась обыкновенная яичница, «шанишкой» – ватрушка с начинкой из каши или мятого картофеля, «пряглами» – оладьи, политые маслом, медом или сметаной. Исходя из коннотации английских аналогов, прослеживается нейтрализация диминутивности не только на уровне формы и содержания, но и национального компонента. Так, например, значение лексемы fritter – «фрукты, овощи, рыба или мясо, мелко порезанные и обжаренные в жидком тесте», что никак не напоминает блюдо, упомянутое в тексте оригинала.

Относительно второй группы отметим, что в ходе исследования был выявлен ряд средств, которые используются для передачи семантического компонента уменьшительности в переводе на английский язык, а именно: 1) транслитерация; 2) калькирование; 3) описательный перевод; 4) перевод при помощи аналога; 5) компенсация.

Диминутивы, переведенные на английский язык при помощи транслитерации, представлены топонимами, антропонимами и национальными реалиями. В некоторых случаях переводчики использовали транслитерацию при переводе диминутивов-оказионализмов и диминутивов-реалий. Например:

– Штабсротмистр Поцелуев… такой славный! Усы, братец, такие! Бордо называет просто бурдашкой.

“The staff-captain Potsyeluev… such a jolly fellow… such fine moustaches, my boy! He calls Bordeaux simply ‘bordashka’” [Пер. К. Гарнет].

Примерами калькированного перевода могут служить следующие: – Разинь, душенька, свой ротик, я тебе положу этот кусочек.

“Open mouthie, sweetie, and I’ll pop in this little morsel” [Пер. К. Инглиш].

В данном примере уменьшительно-ласкательное «ротик» выражается на английском языке морфологическим способом с помощью диминутивного суффикса -ie. Интересен тот факт, что лексема mouthie не зафиксирована ни в одном англоязычном словаре, следовательно, она является окказионализмом К. Инглиша.

Чудным звоном заливается колокольчик.

…a wondrous jingling rings out [Пер. К. Инглиш].

Как видно из примера, диминутив «колокольчик» передается на английский язык морфологическим способом с помощью приема калькирования. Английское соответствие jingling также является авторским словом, тем самым очень ярко выражая диминутивность на прагматическом уровне.

Описательный способ передачи коннотативного компонента диминутивности на английский язык можно проиллюстрировать следующим примером:

Представлялось ему и молодое поколение, долженствовавшее увековечить фамилью Чичиковых: резвунчик-мальчишка и красавица-дочка…

He also saw the younger generation, destined to perpetuate the name of Chichikov: a sprightly scamp of a boy and a beautiful little daughter… [Пер. К. Инглиш].

Переводчик попытался эксплицитно передать русский диминутив с помощью словосочетания, используя для этой цели разговорное существительное scamp, означающее «бездельник, негодник, проказник», и прилагательное sprightly «веселый, бойкий, энергичный».

Применение аналога как способа перевода диминутивов рассмотрим на следующих примерах:

– Вон, – говорят, указав ему дом на Дворцовой набережной. – Избенка, понимаете, мужичья.

“There it is,” they tell him, pointing to a house on the Palace Embankment. “It’s a handsome little shack, let me tell you” [Пер. К. Инглиш].

Данный перевод интересен тем, что автор не только компенсирует русский диминутив «избенка» с помощью английского аналога shack – «лачуга, хижина, хибара» – но и использует лексический способ образования уменьшительности.

По своему значению слово shack верно передает значение уменьшительности. Но, автор, кроме этого, добавляет лексическую единицу little для большей экспрессивности и выражения иронии, которая чувствуется из контекста. употребив прилагательное handsome, переводчик тем самым еще больше усиливает коннотацию иронии, которую и стремился передать автор оригинала. Таким образом, словосочетание handsome little shack абсолютно точно передает уменьшительность как на уровне формы, так и на уровне содержания, сохраняя при этом все оттенки коннотации.

…уже завязалась в новом месте какая зазнобушка сердечная и приходится оставлять вечернее стояние у ворот…

…Or had he already found himself a sweetheart in this new place, and would there be no more standing at her gate… [Пер. К. Инглиш].

В данном примере русский диминутив оформлен уменьшительно-ласкательным суффиксом -ушк и относится к разговорному стилю речи. Английский аналог sweetheart не имеет диминутивных формантов, но характеризуется ласкательной коннотацией, которую, прежде всего, и хотел передать Н.В. Гоголь.

Если говорить о таких шедеврах, как произведения Н. В. Гоголя, то невозможно не отметить уникальность его словарного запаса, в котором переплетаются разнообразные пласты лексики и стилей. В гоголевском слоге важно то, что сказано, и как это сказано. Диминутивные образования играют в этом не последнюю роль, поэтому очень важно обращать особое внимание на эту категорию при переводе и восполнять ее любыми возможными языковыми средствами.

В ходе исследования было установлено, что уменьшительные, ласкательные и уничижительные образования в английских переводах поэмы компенсируются посредством: добавления специального лексического компонента, стилистического приема, иностранных слов.

Прием добавления специального лексического компонента иллюстрируется следующим примером:

…я готова сей же час лишиться детей, мужа, всего именья, если у ней есть хоть одна капелька, хоть частица, хоть тень какого-нибудь румянца!

I’m prepared to forfeit my children, my husband, my entire fortune, this very moment, if she has the smallest little speck, the tiniest grain, or even the slightest shadow of colour! [Пер. К. Инглиш].

В данном примере переводчик использует лексический способ образования диминутивности с помощью прилагательного little. Для большей выразительности эмоций к нейтральному существительному speck (в русском языке имеет соответствия «пятнышко, крапинка, точка, крупинка») добавляется прилагательное с превосходной степенью сравнения. Таким образом, словосочетание the smallest little speck полностью компенсирует уменьшительность и ласкательность русского диминутива и способно вызвать те же эмоции у англоязычного читателя, что и текст оригинала у русскоязычного.

Далее остановимся на стилистических приемах, к которым прибегали переводчики для достижения максимально адекватного перевода диминутивных образований в поэме Н. Гоголя «Мёртвые души». К ним относятся: перифраз, метафора, метонимия.

Первый стилистический прием, зафиксированный в нашей выборке как средство компенсации диминутивности в английском языке, – перифраз. Заметим, что данный способ характеризуется особой частотностью употребления в обоих текстах перевода.

Рассмотрим примеры:

– Ну что ж наш прелестник? – сказала между тем дама приятная во всех отношениях.

“Well, and what of our Prince Charming?” asked the lady pleasantin all respects, after a pause [Пер. К. Инглиш].

В данном примере русский диминутив «прелестник» происходит от прилагательного «прелестный», характеризующийся положительной коннотацией. Заметим, что диминутивный суффикс слова рассматриваемой лексической единицы является показателем мужского рода, что верно передано с помощью английского слова Prince. К. Инглиш использует инверсию для большей эмоциональности, а для выражения ласкательности – прилагательное Charming, имеющее в русском языке соответствия «очаровательный, прелестный». Следовательно, перифрастический оборот Prince Charming выражает не только денотативное значение, но и передает тот же оттенок ласкательности, который был заложен в диминутив автором оригинала.

Остановимся коротко на применении метафоры в качестве средства компенсации в английском переводе категории диминутивности. Например:

– Рекомендую вам мою баловницу! – сказал генерал, обратясь к Чичикову.

“Allow me to present the apple of my eye,” said the general, turning to Chichikov [Пер. К. Инглиш].

К. Инглиш не использует для перевода английское соответствие, а предпочитает употребить метафору с целью компенсации диминутивности. К тому же выражение the apple of my eye является идиоматическим. Таким образом, смысловой компонент русского диминутива точно передан автором перевода с сохранением коннотации ласкательности на семантическом уровне.

Следующее из зафиксированных в ходе исследования средств компенсации коннотативного компонента уменьшительности в английском переводе – метонимия. Рассмотрим примеры, иллюстрирующие данное явление:

На улицах показались крытые дрожки, неведомые линейки, дребезжалки, колесосвистки – и заварилась каша.

Closed chaises, unfamiliar wagonettes, all sorts of turn-outs, rattling and squeaking, appeared in the street – and there was soon a fine to-do [Пер. К. Гарнет].

Для начала заметим, что диминутивы «дребезжалки» и «колесосвистки» являются окказионализмами в данном тексте и не имеют английских аналогов. В данном случае переводчик попыталась компенсировать русские диминутивные образования с помощью метонимии. В русском языке английскому прилагательному rattling имеются соответствия «грохочущий, шумный», а значение слова squeaking – «скрипучий, резкий». Таким образом, при компенсации категории диминутивности К. Гарнет руководствовалась основными признаками, которые вложил в значение своих окказионализмов Н.В. Гоголь. Из контекста ясно, что «дребезжалки» и «колесосвистки», имеющие уменьшительно-ласкательные суффиксы, относятся к каким-то видам транспорта, но автор не конкретизирует их, что делает сюжет еще более ироничным и забавным. Таким образом, русские диминутивы связаны с английскими соответствиями метонимическими отношениями, выраженными через связь «предмет-признак» соответственно. Однако такие соответствия являются нейтральными по своему значению, не выражая категории диминутивности ни на уровне формы, ни на уровне содержания, а коннотацию иронии можно уловить лишь из контекста.

В ходе исследования был найден всего один пример, в котором компенсация диминутивности осуществлялась за счет иностранного слова. Рассмотрим этот случай:

…Он рассказывал ей кое-какие в разные времена случившиеся историйки

…He narrated to her various petites histoires that had taken place at different times… [Пер. К. Инглиш].

Русское слово «историйка» (забавное происшествие, приключеньице, интрижка) – типичный морфологический диминутив – характеризуется негативной коннотацией. Автор перевода удачно передает семантическую структуру оригинала, используя французское словосочетание petites histories. И хотя слово histoires само по себе нейтрально, уменьшительный оттенок, наводящий на мысль о пикантном происшествии, обеспечивает прилагательное petites (маленькие).




Литература

Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. – М.: Едиториал уРСС, 2004. – 576 с.

Вежбицкая А. Сопоставление культур через посредство лексики и прагматики. – М.: Языки славянской культуры, 2001. – 272 с.

Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. – М.: Российские словари, 1996. – 412 с.

Виноградов В. В. Русский язык (Грамматическое учение о слове): учеб. пособие для вузов. – М.: Высшая школа, 1986. – 640 с.

Гоголь Н. В. Мёртвые души. – М.: Художественная литература, 1972. – 415 с.

Голуб И. Б. Стилистика русского языка: учеб. пособие. – М.: Рольф; Айрис-пресс, 1997. – 448 с.

Иванова И. П. Структура английского имени существительного. – М.: Высшая школа, 1975. – 168 с.

Мусорин А. Ю. Основы науки о языке: учеб. пособие. – 2-е изд. испр. и доп. – Новосибирск: Новосибирское книжное изд-во, 2004. – 196 с.

Christopher English. Nikolai Gogol “Dead Souls”. – Oxford University Press, 2009. – 448 p.

Gogol N. Dead Souls / Пер. Constance Garnett. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http: //www. bibliomania. com/0/0/140/2404/frameset. html.



Для цитирования:

Рутковская Г. Л., Крапивная А. Е. Диминутивы в поэме Н. В. Гоголя «Мёртвые души» // Перевод в меняющемся мире: Материалы Международной научно-практической конференции. – М.: Издательский центр «Азбуковник», 2015. – С. 81-89.





ПОКАЗАТЬ / СКРЫТЬ ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ

Теория перевода

  • Безэквивалентные реалии в английских рекламных текстах
  • Безэквивалентная лексика и трудности перевода
  • Виды переводческих трансформаций
  • Влияние субъективного фактора при устном переводе
  • Глоссарий переводческих терминов
  • Грамматические замены на морфологическом уровне
  • Грамматические категории
  • Грамматические трансформации при переводе
  • Европеизмы как переводческая проблема
  • Инаугурационная речь в аспекте перевода
  • Интенциональная специфика заглавия
  • Информативный перевод специальных текстов
  • Классификация грамматических трансформаций
  • Классификация исходных текстов в переводе
  • Концепт «перевод» в античном дискурсе
  • Лексические трансформации при переводе
  • Лингво-ментальный аспект переводческой деятельности
  • Машинный перевод
  • Машинный перевод: взаимодействие переводчика и ЭВМ, качество перевода
  • Медийная составляющая переводческой компетентности
  • Место лексикографии среди лингвистических дисциплин
  • Метонимическая замена как один из видов переводческих трансформаций
  • Немотивированные трансформации
  • Нормативные аспекты перевода
  • Нормативные требования к переводу
  • О позитивных эквивалентах в диалоге с американцами
  • О прикладных аспектах перевода
  • Особенности номинации аббревиатур в общественно-политическом тексте
  • Особенности перевода английских аббревиатур и сокращений
  • Особенности перевода страноведческих реалий и терминов
  • Особенности стилистических приемов перевода
  • Перевод английского каламбура: пути поиска соответствий
  • Переводимость культурно–обусловленных языковых явлений
  • Перевод и понимание
  • Перевод как вербальная реальность сознания
  • Перевод неологизмов
  • Перевод образной фразеологии
  • Перевод специальных текстов
  • Перевод текстов «потока сознания»
  • Перевод текстов страноведческого содержания
  • Переводческие аспекты психологической терминосистемы
  • Переводческие параметры текстов СМИ
  • Переводческие трансформации и мотивы их применения
  • Положение языковой единицы в системе языка
  • Понятие эквивалентности перевода и ее типы
  • Прагматическая адаптация
  • Прагматическая адаптация переводимого материала
  • Прием компенсации как способ передачи английского каламбура
  • Приемы перевода эллиптических конструкций
  • Причины использования переводческих трансформаций
  • Реалия как объект перевода
  • Различие синтаксиса в русском и английском языках
  • Роль модели перевода в процессе передачи иноязычного текста
  • Роль памяти при устном переводе
  • Синтаксические трансформации
  • Специфика английской общественно-политической терминологии и газетных заголовков
  • Специфика языка СМИ и перевода информационного материала
  • Способы передачи иноязычных имен собственных
  • Средства выражения экспрессии при переводе
  • Страноведческая терминология: возможные переводческие трансформации
  • Сущность понятия «доминанта перевода»
  • Схема переводческого анализа текста с переводом на английский язык
  • Тезаурус языковой личности переводчика в аспекте межкультурной коммуникации
  • Типы словарей
  • Трансформации при переводе
  • Фактор цели и адресата в переводе
  • Философские основы перевода
  • Художественный фильм как объект перевода
  • Эквивалентность на уровне речи
  • Экстралингвистические аспекты перевода
  • Языковые реалии













  • | Главная страница | Грамматика | Грамматические упражнения | Сводная таблица видовременных форм глагола | Неправильные глаголы (таблица) | Распространенные лексические ошибки | Лексика по темам | Песни на английском с субтитрами | Теория перевода | Практика перевода | Топики | Тексты и статьи по политологии | Тексты по психологии | Тексты по социальной работе | Тексты по социологии | Тексты по экономике | Отправляясь в Англию | Фотографии из поездки в Великобританию | Филология | Теория культуры | Учебно-методические материалы и ресурсы | Рекомендуемые интернет-ресурсы |
    Карта сайта © 2010-2019, info@study-english.info Карта сайта